События

«Просто назначили виновных». В Петрозаводске начался суд над сотрудниками полиции, породившими в «петрозаводском маньяке» чувство безнаказанности

27.12.2019 Илона Радкевич 6076 https://runaruna.ru/30869/

В Петрозаводском городском суде начали рассматривать уголовное дело в отношении трех сотрудников полиции, которые, по версии следствия, проявили халатность летом 2018 года, в результате чего стали возможны нападения Антона Ипатова (именуемого в народе «петрозаводским маньяком) на людей.

Напомним, что в сентябре прошлого года Антон сначала порезал несовершеннолетнюю, с которой планировал встречаться, а потом убил в городе двух незнакомых ему девушек, за что и был приговорен Верховным судом Карелии к пожизненному заключению в колонии особого режима.
На скамье подсудимых три человека — старший участковый уполномоченный Ринат Гратий, старший следователь Екатерина Хорина и заместитель начальника следственного управления Петрозаводска Иван Воронов.

В зале суда Воронов держится увереннее всего. В отличие от коллег, он не возражал даже против фото- и видеосъемки.

По версии следствия, цепочка халатностей, приведших к трагедиям, началась с Рината Гратия. Именно он, работая в должности старшего участкового уполномоченного полиции, не придал большого значения истории с избиением Ипатовым собутыльника, которое произошло в июне прошлого года. У мужчины был перелом свода и основания черепа, множественные переломы костей лица, то есть его здоровью был нанесен тяжкий вред, и умышленность этого нанесения тоже была более чем очевидна. Но Ринат Гратий, предполагают стражи порядка, почему-то решил закрыть на это глаза. Согласно обвинительному заключению, вместо того чтобы провести полноценную проверку по факту избиения, Гратий ограничился беседой с потерпевшим. В суде по Ипатову избитый мужчина говорил, что изначально не предъявлял Антону претензий. Видимо, поэтому участковый и решил не заморачиваться: с врачом разговаривать не стал, судебно-медицинскую экспертизу не организовал, Ипатова найти не попытался. Просто вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления.

— Гратий не предвидел наступления от своих действий общественно опасных последствий, — зачитал прокурор. — Хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть такие последствия.

Ведь всё дело не только в травмах, нанесенных Ипатовым собутыльнику. По версии следствия, Гратий не мог проигнорировать предыдущие судимости «петрозаводского маньяка» и характеристику, которая на тот момент имелась на драчуна, а ней указывалось, что он «склонен к совершению противоправных действий».

В конце июня прошлого года постановление об отказе в возбуждении уголовного дела было признано незаконным и отменено, и в начале июля Гратию надо было снова браться за проверку по давнему избиению. Участковый сказал, что не отказывается от дачи показаний в суде и, видимо, он потом расскажет, и почему сам не стал исправлять свою ошибку, и зачем поручил работу по материалу сотруднице, которой не было на рабочем месте: девушка находилась в длительной командировке в Санкт-Петербурге. Когда она приступила к исполнению служебных обязанностей, а произошло это только 24 июля, сразу начала проверку, нашла в поступке Ипатова состав преступления и в середине августа передала документы по подследственности: в следственное управление МВД для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Так дело Ипатова оказалось у Ивана Воронова. Он, по версии следствия, после недели ничегонеделания, поручил работу по поступившим материалам Екатерине Хориной. На дворе к тому времени было уже 30 августа (до первого нападения на девушек оставалось чуть более двух недель).

Как следует из обвинительного заключения, Хорина в тот же день вынесла ходатайство о продлении срока проверки до 9 сентября, и Воронов его необоснованно удовлетворил. Хорина же, получив дополнительные дни для следственных действий, не стала проводить никаких проверочных мероприятий.

Искать Ипатова стали только 13 сентября, когда дело у Хориной было изъято и передано другому следователю.

Иначе говоря: 2,5 месяца никто особо не шевелился. К чему всё это привело, всем прекрасно известно.

— Своевременное возбуждение уголовного дела в отношении Ипатова и принятие своевременных мер по его розыску, задержанию и заключению под стражу предотвратило бы совершение им тяжкого и особо тяжких преступлений, — зачитал прокурор.

По версии следствия, тот факт, что за нанесение таких тяжелых травм собутыльнику Ипатов не понес вообще никакого наказания, породил в нем ощущение безнаказанности и бесконтрольности.

Не признают вины

Все подсудимые — действующие сотрудники полиции, и своей вины в том, что две молодые девчонки погибли, а одна была порезана и выжила только чудом, ожидаемо не признают.

— Я считаю, что в моих действиях отсутствует состав преступления. Предъявленное обвинение основано на предположениях и не соответствует объективно установленным обстоятельствам дела, — заявил Иван Воронов.

— Воронов сделал всё, что было возможно, и надлежащим образом выполнил свои должностные обязанности, — пояснил его адвокат Константин Кибизов.

Екатерину Хорину вопрос судьи: «Имеются ли у вас возражения против предъявленного обвинения?» поставил в тупик.

— Нет, — сначала ответила девушка.

Правда, после подсказки адвоката поправилась: «Имеются» и с улыбкой переспросила у судьи:

— Виновной себя я не считаю. Это возражения?

— Моя подзащитная волнуется, поэтому не совсем корректно отвечает на вопросы, — пояснил защитник Хориной Глеб Ревунов.

Адвокат отметил, что очень сопереживает горю потерпевших, но из текста обвинительного заключения, по его мнению, не следует, что Екатерина в чем-то виновата.

— К сожалению, произошла страшная ситуация, когда просто назначили виновных людей. Людей, которые ничего не совершили. В свое время известный политический деятель сформулировал мысль касательно вот этого всего: «Был бы человек, а дело найдется». К сожалению, так и произошло с данным делом.

«Я понимаю, хотят сделать их виноватыми»

На стадии предварительного расследования родители погибших девочек и мама выжившей несовершеннолетней заявили к подсудимым иски: по 1 миллиону рублей каждый.

— Я или буду увеличивать сумму, или вообще откажусь от иска, — сообщил на суде папа погибшей Александры Трифоновой.

По всей видимости, он будет исходить из того, что услышит в суде. При этом мужчина не сомневается, что его дочь была бы жива, если бы подсудимые обладали качествами, которыми должны обладать стражи порядка.

— Водитель, когда едет, он видит, что он должен сделать. Наши же сотрудники правоохранительных органов вперед смотреть не могут. Их почему легавыми называют? Потому что легавые идут по следу, они чуют это всё. У этих же товарищей этого нюха нет, — пояснил потерпевший.

— Если бы все делалось вовремя, то и Б. (несовершеннолетнюю — прим. авт.) бы не порезали, и наши девочки были бы живы, — сказала мама Людмилы Серебряковой. — Если бы завели дело (после июньского избиения — прим. авт.), уже он бы, наверное, остановился. Он боялся бы хоть чего-нибудь.

И ведь очевидно, что правоохранительные органы сработали из рук вон плохо. Но, если следовать логике адвокатов подсудимых, плохо сработали совсем другие люди.

— Почему вы считаете, что виноваты конкретно эти лица? — поинтересовался у мамы несовершеннолетней потерпевшей один из защитников. — Дело ведь прошло через очень многих людей.

— Я понимаю: хотят сделать их виноватыми. Не кто-то выше. Кто пониже, — ответила женщина и отказалась дальше разговаривать с адвокатами.

Мы будем и дальше следить за этим судебным процессом и держать вас в курсе событий.

Расскажите друзьям!