Жизнь

«Вам самим-то не противно жить в разрухе?» Активисты Петрозаводска, которые помогали животным, воевали с мэрией и чистили реки, но… устали бороться

15.11.2019 Алла Константинова 7801 https://runaruna.ru/30559/

От эмоционального выгорания не застрахован ни один человек, даже самый жизнерадостный и трудоспособный. Люди, речь о которых пойдет ниже, годами помогали другим, но, в силу многих причин, отказываются это делать сейчас. Пусть они сами расскажут, почему они (не все!) перестали верить в людей.

Александра Тарасова, выступала против цирков с животными

Саша, вообще-то, бывшая модель, объездившая полмира по работе. Вернувшись в Петрозаводск, она стала одним из организаторов протестных пикетов возле передвижных цирков.

Александра Тарасова, фото из личного архива

— Будучи маленькой, как, наверное, все дети, я хотела узнать что такое цирк, само это слово было «завернуто» в очень привлекательную и блестящую обертку. И вот мы с родителями в цирке… Музыка, гимнасты, жонглеры, я довольна и уже люблю этот самый «цирк», но тут объявляют номер с медведем… И вот я сижу и с замиранием сердца жду появления этого могущественного, красивейшего животного… И тут на велосипеде выезжает это величественное по своей природе существо в розовой юбке, и все хохочут… Медведь делает круг, у него нечаянно соскакивает лапа с педали, он чуть не падает и получает за это удар хлыстом. И мне, глядя на всё это, было очень больно, велико было мое разочарование, я смотрела на улыбающиеся лица и не понимала: «Почему? Зачем?» Я смотрела на подавленного, униженного, страшно некрасивого, худющего медведя — и это был шок.

piket, фото: «Губернiя Daily»

Увы, сейчас Саша уже не борется с цирками, где держат в неволе артистов-животных. Поняла, что наши люди в большинстве своем еще не готовы к осознанию того, что цирк со зверями — это не веселье, а издевательство.

— Энергетически такая деятельность очень затратна, требует много внимания. Участвуя во всех пикетах против цирков с животными, пришла к пониманию, что таким образом люди опять-таки делятся на два враждующих лагеря. Хотя изначально это история про Единство, любовь и сострадание. Плакаты, лозунги — все это люди часто встречают с сопротивлением, в какой-то степени это даже отпугивает их, и вся суть ускользает. Нужна перемена в сознании. Мы самих себя и друг друга-то не любим, а нас призывают полюбить животных. Нам нужно научиться любви. В первую очередь любви к себе, близким, окружающим людям. И из этой наполненности человек сам начинает видеть «искажения», в нем открывается сострадание ко всем живым существам и бережное отношение к природе. Когда ты наполнен любовью, тебе очевидно, что «гармонично», а что совсем не вписывается в законы природы.

Анастасия Неровная, боролась за велодорожки

Анастасия Неровная — крайне энергичный человек, организатор со стажем, а также лидер и основательница велосипедного движения VELOVE в Карелии. Но в последнее время о ней ничего не слышно: Настя открыто признается, что устала и разочаровалась. Вконец ее «отвернуло» от желания помогать то, как петрозаводская мэрия отказалась от предложений велоактивистов, получив 60 млн рублей на развитие велосипедной инфраструктуры в городе. Хотя Настя много раз на встречах и совещаниях говорила, как просто и бюджетно сделать Петрозаводск удобным для велосипедистов. Не показательные велодорожки, а комфортные и безопасные!

Анастасия Неровная, фото из личного архива

— Главная причина, почему я закончила с активизмом, — безысходность. Передо мной встала огромная стена, которую я не нашла способа преодолеть. Летом 2017 года я поняла, что не в силах что-либо изменить. Мы тогда с другими общественниками работали над двумя проектами благоустройства в Петрозаводске: отстаивали внешний вид парка «Ямка» и занимались проектом велопешеходной дорожки возле реки Лососинки.

Тогда я наблюдала весь процесс работы чиновников из администрации Петрозаводска: начиная от подачи заявки на проект и заканчивая контролем и приемкой работ. Выяснилось, что проблемы есть на каждом этапе: проектирования, строительных работ, контроля и приемки этих работ, подрядчиков сложно контролировать — у нас нет для этого должных законодательных норм, как, например, в Финляндии. Хотя тогда мы даже изучали опыт соседей, ездили в финский Оулу с представителем архитектурно-планировочного отдела администрации Петрозаводска. Узнали, как там строят и содержат велодорожки, особенно зимой. Выяснили, что вся суть именно в контрактах с подрядчиками: какие они, какой срок гарантии, нормативы. Увидели, как организации, содержащие велодорожки, тротуары и дороги, конкурируют между собой — и как это, соответственно, улучшает качество работ в целом. С таким подходом горожанам не приходится ходить и ездить по голому льду! И всё гениальное просто — при плюсовой температуре тротуары, велодорожки и дороги чистят от снега полностью! В общем, мне было очевидно: я тоже хочу так жить, но не хочу уезжать из любимого города. Как жаль, что у нас все наоборот.

Взять хотя бы те же дорожки в «Ямке». Общественники просили оставить их грунтовыми — это удобнее и экономичнее, чем брусчатка. Большинство парков в городах Европы, у наших соседей в Санкт-Петербурге — с грунтовыми дорожками. Но в результате мы получили дорожки, по которым невозможно ходить и ездить на велосипедах. Почему? Мэрия обвинила в этом, кстати, нас — общественников: мол, мы сами захотели не брусчатку, а вот такие неудобные грунтовые дорожки. Позже мы выяснили, что ошибка была еще на стадии проектирования — неверно указали материалы для этих работ. Потом подрядчик не смог эти дорожки грамотно утрамбовать, даже когда проекту добавили финансирование. До сих пор они местами непонятно на что похожи — помню, я так расстроилась, что даже не пошла на открытие «Зелёной тропы».

Многие мне до сих пор пишут и спрашивают, когда будет велопарад. Надеюсь, что когда-нибудь меня на него пригласят. Сама организовывать такого масштаба событие я зареклась в 2018 году… Когда мы больше двух месяцев согласовывали велопарад, и за 2 дня до мероприятия так и не знали, состоится он или нет… За 6 лет нашей активной деятельности очень ужесточились требования к организаторам праздников и событий. И лично у меня не хватает сил все эти требования выполнить.

Итак, летом 2017 случился пик моего разочарования: я поняла, что не смогу здесь ни на что повлиять. Всё, что было в моих силах, я сделала. В существующих условиях я не готова работать дальше. Зачастую цель проектов благоустройства городской среды — это политический пиар, а не стремление сделать жизнь горожан лучше, увы. Инициатива обычных горожан не приветствуется вообще, хотя нам часто говорят: «Предлагайте, а не критикуйте». Хотя нет, инициатива приветствуется — когда полностью совпадает с желанием чиновников.

Не понимаю, как можно так безобразно тратить столь огромные средства. И это проблема не только нашего региона. Сейчас государство выделяет огромные деньги на развитие комфортной среды, безопасность, дороги. Но как бездарно они тратятся на местах! Миллиарды уходят непонятно куда. Это безобразие. Рассказала всё это — и плакать захотелось.

Екатерина Вартанян, помогала бездомным животным

Порой кажется, что петрозаводские зоозащитники — почти сверхлюди: столько страданий и трудностей им приходится наблюдать и преодолевать. Некоторые из них не справляются и берут передышку. Например, Екатерина Вартанян.

Екатерина Вартанян, фото из личного архива

— Я помогала петрозаводским зоозащитникам несколько лет, пока одна из женщин, которая занималась передержкой животных, не загубила щенка, которого я ей доверила. Я предупреждала ее, что в общем дворе с собаками щенка держать не надо — может заболеть, особенно энтеритом. К моему ужасу, это и случилось. Щенок, которого я спасла от гибели, заболел и умер на операционном столе в ветлечебнице. После этого случая у меня опустились руки, и я ушла из зоозащиты. Да, я понимаю, что причиной тому — не система, а конкретные люди, но тем не менее. Думаю, что вернусь в зоозащиту Петрозаводска через какое-то время, потому что хочу себя посвящать этому делу. Но не сейчас.

Ольга (имя изменено), занималась ЛГБТ-активизмом

Да-да, еще 5−6 лет назад в Петрозаводске были организации, защищающие права ЛГБТ-представителей. Сейчас активистка тех лет не рискует даже имя свое настоящее назвать.

— В ЛГБТ-активизм я попала случайно, это было весной 2009 года, шла подготовка к Всероссийскому дню молчания. Пришла как волонтер — и осталась. Организация работала официально, по европейскому гранту, который был рассчитан на 5 лет. Со временем я стала штатным юристом плюс организовывала различные досуговые мероприятия: кинопросмотры, квартирники и так далее, а также координировала работу волонтеров. Всё это было действительно интересно, но, увы, несвоевременно. Я не знаю, как в других, более крупных городах, но в Петрозаводске на тот момент активистская деятельность была неактуальна. За информацией и психологической, юридической помощью обращались крайне редко, точечно. Мы спокойно могли выйти на улицу, расклеить антигомофобные наклейки, раздать листовки и открытки, это не вызывало совершенно никакого резонанса. Сейчас, к слову, я бы так выйти уже не рискнула. В какой-то момент это стало таким междусобойчиком. Целевая аудитория в нас не нуждалась, а жители города не проявляли гомофобии. Так постепенно пятилетний срок проекта подошел к концу, а вместе с ним и вся наша деятельность. В какой-то момент наступило опустошение и разочарование в активизме как таковом, поскольку на примере нашего города это оказалось абсолютно бессмысленным, а ребята из других городов, несмотря на все свои старания, терпели поражение за поражением — в частности, в Питере, как мы знаем, был принят гомофобный закон; в Москве с активизмом вообще всегда было туго, а в городах вроде нашего всё это так же свелось к топтанию на месте и интеллектуальных тусовках для своих.

Саша Берсым, «отмывает» Петрозаводск

Саша пару лет назад очистил фонтан у бывшего магазина «Экслибрис», в этом году вытащил несколько десятков автомобильных шин из Лососинки. Он из тех, кто еще не совсем разочаровался, но признается, что почти. «Я еще держусь», — говорит он с грустной иронией.

Саа Берсым, фото из личного архива

— Внутренний дискомфорт я почувствовал, когда приехал в очередной раз в Петрозаводск из Питера и заметил, что мой любимый с детства фонтан порос ржавчиной и мхом. Я очень долго вынашивал идею отмыть его, но не решался перейти к действию. Слишком сложно сломать в себе социальные барьеры, которые в нас запихивают с детства. Главной отговоркой было отсутствие компании, я думаю, это для многих является основным барьером. Но компания собралась — фонтан отмылся. Второе жужжание появилось, когда увидел с моста уток, плавающих в покрышках, но тут уже самоорганизовался за пару дней, без всякой компании.

В процессе уборки шин придумал идею группы Петросубботск, где люди смогли бы собираться для каких-то созидательных городских проектов. Это сейчас один из актуальных проектов, посмотрим, что будет весной, ведь выход на улицу требует больше энергии и осознанности, чем «лайк», «репост», «вступить в группу». Глобальная цель у меня — сломать восприятие обычного человека, которому «западло» убрать вокруг себя, но не «западло» жить в грязи и разрухе. Даже если это будет несколько человек, значит, всё уже не зря. Для этого, мне кажется, надо распространять информацию о своей деятельности. Капля за каплей — и это станет нормой.

Любой человек может делать что-то на благо общества. Даже если представить, что в Петрозаводске появился настоящий мэр и город стал чистым и удобным, всегда есть кто-то, кому нужна твоя помощь: старики, инвалиды, сироты, животные. Придумать можно что угодно, было бы желание. В Питере я люблю кормить дворовых котов. Даже когда день крайне омерзителен, благодарный котик его за пару мгновений разворачивает в противоположную сторону. Наблюдая за ними, понимаю, что они лучше нас.

Я не разделяю убеждений активистов, которые кормят бомжей, как это делают в ФНБ (Саша имеет в виду активистов международного движения Food Not Bombs, которые бесплатно раздают веганскую и вегетарианскую еду — прим. авт.). Лучше дать им грабли, пусть уберут парк, например, а уже потом можно их покормить. Мне кажется, мы и так кормим достаточно бездельников в кабинетах, чтобы еще и на улице откармливать тех, кто даже не хочет создавать подобие деятельности. Если человек дееспособен, но ленивый настолько, что не может заработать себе на еду — он должен умереть с голоду. Кормить таких паразитов — самое бессмысленное, что может делать общество. Я прекрасно понимаю, что люди в основе своей не склонны к альтруизму и взаимопомощи, так как мы, люди, довольно мерзкие животные. Что подтверждает, что фарисеи победили.

Не знаю, как лечатся уныние и мизантропия. Мне кажется, это больше про свойства характера и цели. Если ты кормишь бомжа с надеждой, что их станет меньше, как минимум ты дурачок. Но при этом я понимаю, что субботники — очень плохая история, ведь, как говорят знатоки-урбанисты, надо идти не улицы убирать, а к мэрии и требовать отставки тех, кто не справляется со своими обязанностями, ведь мы платим налоги, чтобы они организовывали чистоту в городе. Но сейчас я лучше пойду и уберу грязь, чем присяду на пару лет за то, что буду требовать выполнения закона. Я не хочу ждать, когда реализуются модные либеральные абстракции про «прекрасное будущее», мне надо, чтобы стало чисто прямо сейчас. Не думаю, что я закончу делать то, что делаю. Это как минимум приносит удовольствие мне и как максимум — еще кому-то.

Расскажите друзьям!

Все события