События

Бывший депутат Законодательного собрания Карелии еще раз попытался доказать абсурдность обвинений в его адрес

01.03.2019 Руна 3020 https://runaruna.ru/26554/

Сегодня Петрозаводский городской суд рассмотрел апелляционную жалобу бывшего депутата Законодательного собрания Карелии, редактора газеты «Нам все ясно» Алексея Гаврилова на приговор мирового судьи, согласно которому Алексей был признан виновным в организации вандализма и приговорен к 2 годам ограничения свободы. От уголовной ответственности он был сразу же освобожден, потому как, пока расследовали и рассматривали его дело, все сроки привлечения к уголовной ответственности вышли. Но дело не в ответственности. Гаврилов надеялся, что вышестоящая инстанция, изучив его уголовное дело, поймет: он не совершал преступлений.

Напомним, что дело в отношении Алексея появилось после выборов 2016 года, когда парни, пойманные на улице с баллончиками краски в рюкзаке и изначально рассказывающие о том, что по каким-то своим личным соображениям исписали стены 17 зданий в одном из микрорайонов города, внезапно вспомнили, что нанял их Алексей Гаврилов.

Адвокаты парней, которые изрисовали стены, приговором суда тоже оказались недовольны (хотя и их доверители были по итогу освобождены от уголовной ответственности). Они уверены, что речь может идти исключительно о порче имущества, а это административное правонарушение, а не уголовное преступление. Хорошо еще, что суд исключил из обвинения политическую ненависть, а то обвиняли же ребят в том, что они занимались вандализмом на почве политической ненависти.

Адвокат Алексея Гаврилова просил (и другие защитники его в этом поддержали) назначить повторную судебно-лингвистическую экспертизу нанесенных на стены надписей, чтобы выяснить, являлись ли они для кого-то оскорбительными (до сих пор нет понимания, кого, например, могли оскорбить надписи «Макеев за геев» или «Белуга за Макеева») и могли ли они на кого-то повлиять. В рамках расследования уголовного дела такая экспертиза была проведена, но она, с точки зрения адвокатов, слишком противоречива. Кроме того, в ней нарушена методология.

После заявленного ходатайства судья довольно долго находилась в совещательной комнате, но по итогу ничего назначать не стала.

Заседание вообще выглядело довольно формально. Похоже, все участники изначально прекрасно понимали, что происходящее не имеет никакого смысла. Парни, которые рисовали на стенах, не произнесли ни слова, ни в прениях, ни на стадии последнего слова.

— Мне нечего сказать, — друг за другом повторили осужденные.

Нечего было сказать на суде и представителю одной из потерпевших сторон (сотруднику учебного заведения). У него не оказалось мнения ни по одному из обсуждаемых на заседании вопросов. Единственное, что стало понятно из его слов, это то, что ущерб, нанесенный надписями его организации, настолько незначительный, что они даже заявлять о нем никуда не собирались.

Адвокат Алексея Гаврилова в прениях мало говорил об осужденном. Больше о будущем размышлял:

— Мы в любом случае решение о привлечении Гаврилова к уголовной ответственности за вандализм на почве политической ненависти отменим… Здесь достаточно обратиться с кассационной жалобой в Третий кассационный суд.

Сам Алексей был гораздо более конкретен. С его точки зрения, этого дела не должно было быть вообще (кто бы ни писал и ни заказывал эти надписи). Он неоднократно обращался в правоохранительные органы с просьбой как-то отреагировать на надписи на зданиях города, которые были про него. Сотрудники полиции дважды отказывали в возбуждении уголовного дела по причине отсутствия состава преступления. Разумеется, Алексей так и не смог понять, почему нанесение надписей с упоминанием одних людей образует состав преступления, а с упоминаем других — нет.

Не было ощущения, что судья его внимательно слушала. На оглашение решения мы даже оставаться не стали. Все было очевидно. Апелляционная инстанция оставила приговор Гаврилову и двум другим осужденным в силе.

Знаете, после таких решений судов от себя очень сложно прогнать шальную мысль: а не приписать ли рядом с каждой рекламой наркотиков, которой усыпан наш город, слово «пивня»? Может, хоть искать начнут, кто их рекламирует, да закрасят. Так они стражей порядка почему-то не интересуют.

Расскажите друзьям!

Все события