Коллаж: "Руна"
Жизнь

«Вас же снесут!» Пенсионерка осталась одна в аварийном доме. Ждать расселения еще несколько лет, но жить в нем невозможно уже сейчас

15.02.2019 Анна Панина 7921 https://runaruna.ru/26295/

В дом на улице Советской, 8 заходить страшновато — стены даже в оттепель снаружи покрыты инеем, выбитые окна, покосившиеся лестницы. Из всех аварийных домов в Святозере он, наверное, самый страшный. Иначе не покинули бы его жильцы, и не остались бы в нем неизвестные квартиранты в квартире на первом этаже, и Ольга Петровна Ошкина в «трешке» на втором.

В редакцию «Руны» обратилась знакомая Ольги Петровны: «Помогите, женщина замерзает!» В то, что она действительно замерзает, веришь, сделав первые шаги в ее квартире. Кажется, в ней холоднее, чем на улице.
62-летняя пенсионерка рассказывает: это уже третья холодная зима.

Дом 1948 года постройки признали аварийным в осенью 2017-го. По правилам он не попадает в новую программу расселения аварийного жилья, рассчитанную на 2019−2024 годы. В нее вошли только те здания, которые официально признали непригодными до 1 января 2017-го. С домом Ольги Петровны опоздали на 10 месяцев. А значит, его жильцам придется ждать следующего этапа, и снесут дом, в лучшем случае, в 2025—2026 годах.

Пока в соседних квартирах кто-то жил, терпеть было можно. Но прогреть старый пустой 8-квартирный дом практически в одиночку (квартиранты с первого этажа приходят только ночевать) — нереально.

— Дом без ремонта 50 лет. Половина жильцов поумирала, половина уехала. Вокруг пустые квартиры, и прогреть свою я не могу! Раскалять печь докрасна боюсь — она старая, вдруг не выдержит. Вот и живу — два обогревателя, три пары носков. Сейчас оттепель, так у меня стены мокрые, а в мороз — иней. Когда соседи вокруг жили, более-менее терпимо было. А сейчас — холод дикий, греться или на улицу хожу, или в магазин, или к знакомым. Пока двигаюсь, меньше мерзну.

Холодильник Ольга Петровна отключила, да и зачем он, если в комнате у людей пар изо рта идет. Женщина показывает документы: ответы из поселковой администрации, из Пряжинского района, из прокуратуры. Во все эти инстанции она обращалась с просьбой переселить ее в маневренный фонд хотя бы на зиму. Ответ ото всюду один: маневренного жилья у нас нет.

— Все отвечают: у вас же дом аварийный, вас снесут, и все получите! Так сносить же будут еще когда, году в 2026-м? А как мне еще 7 лет жить? — волнуется Ольга Петровна.

Таких аварийных домов в Святозере 19.

 — 25 уже расселили, — с гордостью сообщает глава поселения Валерий Кузнецов.

И добавляет, что маневренного фонда в поселке действительно нет, вообще нет. Ольге Петровне предлагали переехать в Верхние Важины, но она отказалась.

— Конечно, отказалась, — возмущается Ольга Петровна, — там такая же деревяшка, тоже аварийная. Зачем мне шило на мыло? Да и транспорт туда не ходит. Отсюда я хоть в Петрозаводск или в Пряжу съездить помыться и погреться могу. А там что делать?

На самом деле, вариант есть, успокаивает Валерий Александрович. Некоторые из домов, признанных аварийными до 1 января 2017 года, могут дополнительно включить в первый этап программы расселения.

— Мы подали заявки на включение домов дополнительно в программу и теперь ждем ответа, — объясняеть Валерий Александрович.

— А сколько ждать?

— До 1 июня.

Получается, что эту зиму Ольге Петровне в любом случае придется пережить в холодной квартире пустого дома. Чем такое житье обернется для инвалида 3-й группы, остается только гадать. Как и о том, сколько еще зим пожилой женщине предстоит провести в разваливающемся здании, которое старше, чем она сама.

«Руна» много писала о том, как трудно реализовывалась в Карелии предыдущая программа расселения аварийных домов, когда сносили «деревяшки», признанные непригодными для проживания до 1 января 2012 года. Все помнят и выговор, который получил за ее срыв предыдущий губернатор Александр Худилайнен, и регулярные переносы сроков и скандалы с откровенно бракованными новыми домами, которые строили для переселенцев недобросовестные подрядчики. Новая программа заявлена, но не утверждена окончательно, это произойдет, как уже говорилось, до 1 июня 2019 года. Пока, по данным Минстроя, в нее входят 636 многоквартирных аварийных домов. Многие из них примерно в таком же состоянии, как и дом Ольги Ошкиной, а некоторые еще в худшем. И живут в них в большинстве своем не очень молодые и, в силу возраста, не очень крепкие люди. И им предлагают пожить еще 5−7 лет с мокнущими и промерзающими стенами, перекошенными окнами, разваливающимися печами, которые страшно топить. А главное, по документам все практически прекрасно: «Вы же аварийные, вас же снесут!»

Расскажите друзьям!