События

Главный онколог Северо-Запада оценил качество онкологической помощи в Карелии и рассказал о том, что нужно, чтобы не заболеть или не умереть от рака

07.08.2018 Руна 1882 https://runaruna.ru/22705/

На прошлой неделе столицу Карелии посетил руководитель Национального центра онкологии имени Н. Н. Петрова, профессор Алексей Беляев. Он же главный внештатный онколог Северо-Западного федерального округа. Алексей Михайлович вместе с коллегами приезжал для того, чтобы ознакомиться с работой онкологов республики и работой тех учреждений, где лечатся онкологические больные, а также маршрутизацией лечения, которые получают эти люди.

— Во время своих визитов мы пытаемся встретиться с администрацией региона, с представителями пациентских сообществ: для того, чтобы знать глубину удовлетворенности населения онкологической помощью, — отметил профессор.

Правда, в Карелии встреча с последними почему-то не состоялась.

— Мы приехали сюда в самый сложный период года: многие в отпусках, — пояснил Алексей Беляев.

Но не все же. Почему делегация не встретилась с теми, кто не в отпуске, так и осталось загадкой.

Все хорошо, но тесно

Что касается непосредственно республиканского онкологического диспансера, то каких-то глобальных нареканий на него, по словам профессора, нет.

— В целом впечатление очень хорошее. По тем документам, которые мы видим. По тем технологиям, с которыми мы ознакомились в онкологическом диспансере, — заметил Алексей Беляев. — Все вокруг чисто, аккуратно, все работает. Но, конечно, что-то надо переоснащать. Радиологию надо переоснащать. Пациент должен получать современную лучевую терапию. Но везде на всех этапах мы столкнулись с тем, что мало места. Операционные не соответствуют по площадям. Высокотехнологичные операции могут делаться. У вас хорошие специалисты. Но тесно. Нужен новый современный онкологический центр.

— И это реальные планы, — уточнил профессор. — Уже даже найдена земля и сроки обозначены, когда будет проект. Решается, какой проект.

Говорить более подробно об этих планах Алексей Беляев отказался: не был уверен, что может разглашать подобную информацию.

Впрочем, о том, что республика нуждается в новом онкодиспансере, в Карелии уже говорилось, и про планы его построить тоже. В июне в Законодательном собрании республики на заседании комитета по здравоохранению и социальной политики заместитель министра здравоохранения Елена Кузьмичева сообщила:

— В настоящее время Республика Карелия не в полной мере может обеспечивать оказание качественной медицинской помощи в вопросах онкологии в рамках компетенции субъекта, и мы вынуждены направлять наших пациентов на лечение за пределы Республики Карелия. И, поверьте, это не потому, что мы не владеем техникой и не могли бы ей овладеть, мы в настоящее время просто не можем разместить эту технику в тех существующих помещениях, которые у нас есть, без полной реконструкции и даже в некоторой степени разрушения.

По словам Елены Кузьмичевой, в адрес Дмитрия Медведева было направлено письмо о необходимости строительства в республике нового онкологического диспансера. Это учреждение будет рассчитано на 200 коек и 300 посещений в смену в поликлинической части, которая будет содержать полный спектр оказания медицинской помощи. Стоимость возведения нового онкодиспансера примерно 4,5 миллиарда рублей. В июне земля под строительство еще не была найдена. Сейчас, если верить Беляеву, эта проблема уже решена.

Программа буксует

Как известно, Карелия — республика, где довольно высокие показатели по онкозаболеваемости.

— С чем вы это связываете? — поинтересовались у онколога журналисты.

Правда, конкретного ответа не услышали.

Алексей Беляев:

«Онкологи несут ответственность за лечение онкологических больных с момента, когда возникло подозрение на онкологическое заболевание: диагностика, лечение, реабилитация. А вот период до этого — это проблема общесоциальная. Отчасти, это проблема каждого гражданина — заботиться о своем здоровье. Онкологи, каким образом могут снижать смертность? Это исполнение стандартов, контроль качества и реабилитация, а все остальное — это работа со здоровым населением: первичная профилактика, вредности, которые доказано являются причинами онкологических заболеваний (курение, алкоголь, неправильное питание, малоподвижный образ жизни, некоторые виды инфекций); вторичная профилактика (диспансеризация, скрининг онкологических заболеваний — обследование здорового населения на предмет выявления онкологических заболеваний».

Журналисты не унимались:

— У нас больше пьют и курят? Или в чем проблема? Почему же все-таки смертность от онкозаболеваний в нашей республике выше, чем в среднем по стране, выше, чем в соседних регионах с похожим климатом, населением и привычками этого населения?

Точного ответа у онколога не нашлось. Хотя он обратил внимание на то, что помимо вредностей, проблема, наверняка, кроется еще в первичной и вторичной профилактике. Точнее, в их отсутствии.

Алексей Беляев:

«Есть такое понятие — онкологическая настороженность. Она касается не первичного звена онкологов, а первичного звена медиков. Каждый медик должен думать о том, нет ли у пациента онкологического заболевания, и своевременно направить его на обследование. А то у нас возникает эта мысль тогда, когда пациент уже полгода ходит по разным специалистам. А где же наша онкологическая настороженность?»

«Нужно, чтобы у каждого гражданина была настороженность к онкологическим заболеваниям. Уже потом, когда появятся первые признаки, это вовремя пойти к врачу, а пока надо подумать о том, чтобы оно не возникло. То есть, надо исключить вредности».

— Вы сами как часто ходите к врачу? — обратился Алексей Беляев к одной из наших коллег.

— Вот только что диспансеризацию прошла, так результаты потеряли, — услышал в ответ онколог.

— Очень важно, чтобы была система учета. Чтобы ничего не терялось, чтобы оно было доступно, чтобы качество выполненного обследования соответствовало. Чтобы мы были убеждены, что это обследование делалось хорошими руками. Понимаете?

Мы понимаем. Только это то, что от пациентов уж никак не зависит.

Алексей Беляев очень много говорил о диспансеризации, действующей в нашей стране с 2013 года. Все немного морщились. Кто хоть раз проходил диспансеризацию, прекрасно знает, насколько «качественное» это обследование.

Алексей Беляев:

«Это очень хорошо, что правительство и министерство здравоохранения обратили внимание и пробили программу… Мы знаем, что по некоторым позициям диспансеризация дала первоначально хороший эффект по снижению смертности, по большей доли выявления онкологических больных на ранней стадии, но сейчас мы видим пробуксовку, потому что организационно это должно быть проработано по-другому».

По словам профессора, по ряду онкологических заболеваний диспансеризация должна проводиться по принципу скрининга.

— Мы приезжаем в регионы со своей группой специалистов и проводим обследования населения. Человек 200. И когда выявляем 5−10 человек с раком, выясняется, что среди них двое-трое — люди, которым диспансеризация проводилась, — говорит Алексей Михайлович. — Сама система диспансеризации допускает вот такие пробелы. А вот при скрининге такого не должно быть. Там идет персональный учет.

— Сейчас поставлена задача, чтобы во время диспансеризации для некоторых назологических форм (рак молочной железы, рак шейки матки и колоректальный рак), при которых доказано, что скрининг эффективен, доводить качество работы диспансеризации до уровня скрининга, — рассказал Алексей Беляев. — Я думаю, что на каком-то этапе мы будем говорить о том, что будет проводиться не диспансеризация, а скрининг. Пока не можем. Это не так все просто. Даже, когда деньги есть.

А денег, отметил профессор, на это еще и нет.

Подумай о себе сам

В целом в Карелии, как и во всей стране, смертность от онкологических заболеваний уменьшается, а заболеваемость увеличивается. За последние 10 лет она увеличилась примерно на 20 процентов.

Самая главная мысль, которую мы вынесли из беседы с онкологом: если ты не позаботишься о себе сам, о тебе никто не позаботится. Это касается и образа жизни, и настойчивости в общении с врачами относительно своего состояния здоровья.

— Многое зависит от того, к какому специалисту вы попадете, — говорит Алексей Беляев.

И это точно. Один отмахнется, другой все проверит.

— Вы должны вовремя обращаться к гинекологу, вы должны вовремя делать маммографию, вы должны прислушиваться к своему организму. Если у вас появились боли, непонятные выделения, сразу надо идти к врачу. Не врач ответственен за ваше здоровье, а вы сами, — замечает и помощница Алексея Беляева. —  Если с вами что-то не в порядке, придите к терапевту и пожалуйтесь: «У меня болит».

И не отставайте до тех, пока не выяснит, почему болит.

«Если дерматолог увидел какое-то образование, он должен дать направление к онкологу. Если стоматолог увидел какое-то образование, он должен дать направление к онкологу. Если пациент приходит к терапевту и говорит, что похудел, терапевт должен направить человека к онкологу», — говорит Алексей Беляев.

Профессор не смог оценить, насколько сложно в Карелии человеку, узнавшему страшный диагноз, попасть в республиканский онкологический диспансер. А это сложно. Диспансера на всех, кто нуждается в его услугах, действительно не хватает. И люди в очередях упускают драгоценное время.

Алексей Беляев:

«Если у пациента есть подозрение на онкологическое заболевание, в течение пяти дней он должен попасть к онкологу. Когда он попадает, у него в течение суток должны взять ткани на патоморфологическое исследование. Это исследование должно быть выполнено в течение 15 дней. И в течение двух недель после патоморфологической верификации (подтверждения, — прим.авт.) диагноза человек должен попасть на специализированное лечение».

Мы поинтересовались у профессора, что делать, если указанные им сроки не соблюдаются. И получили вот такой ответ (от коллег профессора):

«У нас у каждого есть полис ОМС. Страховая компания гарантирует оказание медицинской помощи в рамках реализации программы госгарантии. И если не соблюдаются какие-то сроки или еще что-то, то у вас есть горячая линия Минздрава, у вас есть горячая линия страховой компании, есть главный врач диспансера».


Расскажите друзьям!



Все события