Коллаж: Руна
Жизнь

«Эти дети будут плакать, звать родителей, Путина и Сараева и кричать в свои айфоны: «Ок, Google, что делать, если медведь отгрыз мне ногу?»

31.05.2018 Наталья Митрофанова 3641 https://runaruna.ru/20166/

Катастрофа. Не думала я, что уже к тридцати годам начну часто повторять: «А вот в наше время такой фигни не было». Но ведь не было же. Что поделать. И трава совсем не была зеленее, даже наоборот. Библиотека вместо «Яндекса», пленочный фотоаппарат вместо «Инстаграма» и синтетические джинсы-клеш, которые ты меряешь на уличном рынке в тридцатиградусный мороз, спрятавшись за грязной тряпкой в соседней рыбной лавке. Незабываемая романтика девяностых. Ничего нет. Интернета, соцсетей, лайков, Урганта, шариков орбиз, сэлфи, Оксимирона с Соболевым. Даже Путина еще нет. А то вдруг нынешние школьники думают, что он был всегда.

Вот смотрю я со своих школьных девяностых на эту «скандальную» и «умопомрачительную» историю с красным комбинезоном на последнем звонке и думаю, что поздно сообщать Хьюстону о проблемах. Всё уже произошло. Детки разучились решать свои проблемы самостоятельно. Теперь за ними по пятам постоянно бродят учителя-морализаторы, родители со слюнявчиками, какие-то, с первого раза не выговоришь, омбудсмены, Милоновы и Мизулины, журналисты и многочисленные сочувствующие. Ребенку в современной России достаточно сделать один «хнык», чтобы все эти взрослые дяди и тети вдруг перешли в режим кровавого массакра. Разумеется, во имя всеобщего блага. И драться они будут до тех пор, пока не превратят хребет школьников в мелкий порошок.

В нашем втором тысячелетии считалось, как сейчас любит говорить молодежь, лютым зашкваром привлекать взрослых к решению внутренних проблем класса. Лидеры мнений лениво следили за коллективным разумом. Любое непонимание, личностный бунт или попытка раскачать лодочку жалобами учителям или родителям жестко пресекались козой. Козьей мордой. Если кто-то в классе вдруг решал, что он не хочет быть «как стадо», с ним курили и разговаривали в ближайшем дворе. Никакого рукоприкладства. Высокоорганизованное партсобрание с аргументами и рациональными угрозами.

Учителя вмешивались в конфликты, только когда скрыть их было уже невозможно. И звонок родителям был красной кнопкой. Ну, как в старых американских боевиках. Крышечка открывается, только если два ключа повернуты вместе. Один поворачивал класс, второй — учитель. Я спросила как-то свою бывшую классную руководительницу, почему она ушла из школы. Так вот главной причиной были родители. Они теперь почти сидят со своими чадами за одной партой. Разве что не ночуют в кабинете директора. А наших родителей старались лишний раз не трогать, потому что они пахали на трех работах в стране, которая вот только что оправилась от дефолта, рэкета и анабиозного президента. Но времена меняются. Жизнь налаживается. Теперь взрослым скучно и сытно настолько, что они всерьез обсуждают гардероб одной выпускницы чуть ли не на региональном уровне. Со служебными проверками в школе, Карл!

Дети, видимо, тоже заскучали. В выпускном классе мы были жестко изнасилованы репетиторами, подготовительными курсами, языковыми практиками и факультативами. В начале двухтысячных все школьники ко всему прочему превратились в подопытных крыс Минобразования. Мы плыли по мутной речке в светлое будущее на пористой губке реформы госэкзамена. И к концу одиннадцатого класса последнее, что нас волновало, — в чем пойти на последний звонок. В парадном. Будет оно «пастельных тонов ниже колена» или красным комбинезоном (ты еще найди такой для начала) — без разницы. И не надо про вековые нерушимые традиции и какой-то особенный, не такой, как в других заведениях, последний звонок. Мы тоже пели, танцевали на сцене, показывали миниатюры и ревели гимн школы, который я до сих пор помню слово в слово. И невозможно было даже представить ситуацию, в которой учителя или, хуже того, родители решают за нас, в чем мы появимся на нашем же празднике. А уж если класс коллегиально решил, что девочки приходят в светлых платьях, но кто-то портит картинку, действуем по старой схеме — козья морда. Решаем проблему на месте. Что примечательно, сами.

Вся эта абсурдная история навела меня на грустные мысли о будущем МЧС и хирургических отделений больниц. С первого взгляда сложно уловить связь, но она есть. Жуткий кадровый голод. Современная школа и родители воспитывают инфантильных неженок, неспособных принимать самостоятельные решения в, казалось бы, наипростых ситуациях. Страшно представить, как эти дети будут вести себя в экстремальных условиях. Плакать, звать родителей, Сараева, Путина и кричать в свои айфоны: «Ок, Google, что делать, если медведь отгрыз мне ногу?». Карелия же. Всякое бывает.



Расскажите друзьям!



Все события