Жизнь

Откреститься православным крестом от Канта, и это уже не юмор

11.12.2018 Александр Фукс 10957 https://runaruna.ru/25077/

Бывалоча, напишешь какую-нибудь юморесочку и думаешь, что это смешно. Как-нибудь эдак заостришь, преувеличишь, доведешь до абсурда, и публика, доложу вам, радуется. Мол, ха-ха-ха, уморил, чертяка, дуй, так сказать, до горы, ветер тебе в копчик. Помню, еще лет 30 назад я написал про школьников, которые клеймили «господина Бойля-Мариотта» как иностранного выползня и наймита мирового капитала. И вот минули годы, и я слышу практически тот же текст, но не от комика с эстрады, а от реального вице-адмирала и на полном серьезе. Восторг, товарищи!

Это я сейчас про старого морского волка, про мощного балтийского беркута, начальника штаба вице-адмирала Мухаметшина. Для тех, кто не слышал, рассказываю. Речь шла о том, чье имя дать калининградскому аэропорту. Вариантов было четыре. Матушка-императрица Елизавета Петровна, философ Иммануил Кант, маршал Василевский и еще какой-то военный. Дул холодный северный ветер. Беркут вышел на палубу и обратился к зябнущему личному составу с речью. И в речи той он превзошел любого стэндапера. Он жёг как жил, он заткнул за пояс Петросяна и Гарика Бульдога Харламова, он пронзил остротами Интернет. Но есть одно но. Мужчина не шутил.

Сначала он назвал дочь Петра Первого его внучкой, но это был пустяк. Дальше Мухаметшин перешел к Канту.

— Все говорят: Кант, Кант. Вот он там еще чё-то, — рубанула военная косточка. —  Это человек, который предал свою Родину, который унижался и на коленях ползал, чтобы ему дали кафедру. Понимаете? В университете, чтобы он там преподавал. Писал какие-то непонятные книги, которые никто из здесь стоящих не читал никогда и читать не будет.

Господи! Трушкин с Коклюшкиным убьются, но такого не сочинят. Ветер, крейсер, зима и начальник штаба, громко презирающий Канта. За что? За то, что ради кафедры ползал на коленях и предал свою родину. Как предал? В чем это выражалось? Какую родину? Не важно. Предал и ползал. И всё тут. А главное, хрен знает, что писал. Ну, написал бы воинский устав, присягу или, например, инструкцию к пылесосу, ребята бы прочли. И Мухаметшин бы прочел. А то ведь писал невесть что, и его именем после этого аэропорт называть?

И я вот совершенно с товарищем военным согласен. Я бы вообще всех этих философов посадил на философский пароход, вывез бы за буйки и потопил. Потому что на фига они нужны? У них же ни одного слова понять невозможно. Какой смысл это все писать, ежели простой народ никогда эту заумь читать не будет? А они же еще деньги за свою муть получают. Их в вузах сдавать заставляют. Ну бред же. То ли дело Кутузов! Суворов! Дмитрий Донской! Маршал Василевский! Раз-два, левой! Ножку дали, коечку застелили, вперед за родину, назад в укрытие, встали, сели, вольно, смирно — все команды понятные, враг отступил, погибших схоронили, бабы новых нарожали и снова в бой. Хорошо же.

Всякий знает, что у России только два союзника — армия, авиация и флот. Раз-два. Армия — раз, авиация — два, флот — снова раз. Других союзников нет. У кого-то, может, еще сельское хозяйство, культурка и медицинка. Но это не к нам. У нас таких союзников нет. Нам они не товарищи. У нас строго армия, авиация, флот. Окоп, блиндаж, саперная лопатка. Подъем, отбой и снова в бой. Кровь пролили, героев оплакали, пояса затянули, в каре выстроились и с песней на амбразуру. Какие, на хрен, философы?! Гегели-шмегели, Канты-шманты. Они же все усложняют. У них же все правой пяткой за левое колено. Человек прост, как лопата. Поел, пострелял и спать. Поспал, пострелял и есть. Есть, так точно и никак нет. А они нам аэропорты изгадить хотят.

Не говоря уже о том, что Кант чужестранец. А мы к этому не привыкшие. И ведь так думает не только товарищ Мухаметшин и аплодирующие ему военные моряки. За несколько дней до его выдающегося выступления возле здания Балтийского федерального университета, носящего имя Канта, памятник философу был облит краской, а вокруг памятника были разбросаны листовки, призывающие «откреститься» от чуждого нам философа православным крестом. «Вы учитесь в стенах, носящих имя врага! Кант предал русскую землю, которая приняла его — так откажитесь от его поганого имени… Срывайте таблички, вымарывайте чуждое имя из своих документов», — было написано в листовках.

Тридцать лет назад я написал шутку про школьников, которые призывали вымарать «поганое имя Бойля-Мариотта» и «заклеймить позором иностранного агента Ньютона». Тогда я думал, что это юмор. Кажется, я ошибался.


Расскажите друзьям!